Глава 39

Едва войдя во двор, Аня остановилась, пораженная открывшимся во всем своем великолепии Лизиным домом. Окруженный с двух сторон верандой, застекленной ромбической формы цветными стеклами, с крыльцом под треугольной деревянной арочкой, поддерживаемой тонкими, покрашенными под цвет мореного дуба колонками, а над крыльцом блестящее на солнце окно мезонина с тонкими переплетами, разделяющими части оконного стекла. Дом казался легким воздушным, готовым взлететь. Перед домом расстилалась зеленая лужайка, на которой, чуть в стороне от дома, чтобы не загораживать вид на него при входе во двор, под деревом стоял стол с тремя старинными гнутыми венскими стульями.

– О! – воскликнула Аня. – Дом у тебя, Лиза, действительно чудо!

– Вот живу и радуюсь. И никуда уезжать не хочу. Тут мой рай и ангел-хранитель.

Едва Лиза произнесла последние слова, как появился и сам «ангел-хранитель» – полноватый мужчина с большими темными глазами, с чуть вздернутом коротким носом на округлом лице, выдающим характер мягкий и добрый.

– А вот и гости! – хлопнув в ладоши, сказал он каким-то звенящим мальчишеским голоском.

– Аркаша, знакомься. Та самая подруга по гимназии, о которой я тебе столько говорила.

После их короткого знакомства, Лиза начальственно прогудела своим басоконтральто:

– Все готово, Аркаша?

– Все! И борщ, и кура, и вареники.

– Во! Слышала? Личный повар. Он меня к плите не допускает, только на выпечку пирогов. Да, кстати, помнишь? Нас с тобой твоя мама учила этому искусству. Пойдем, посмотришь мое хозяйство. А Аркаша пока накроет стол.

– А может быть, ему помочь? – заволновалась Аня.

– Ну, если хочешь его обидеть – попробуй, – пожав плечами, как бы нисходя к странной прихоти гостьи, ответила Лиза. – У него это, как теперь говорят, «хобби».

Пока Аня с Лизой осматривали усадебный участок, Аркаша, одетый в белую на выпуск рубаху, подпоясанную тонким пояском, и в белых штанах, метался из дома к столу с большим подносом, пока не накрыл стол, от которого даже на расстоянии вкусно пахло борщом.

После обеда, убрав посуду, уселись под деревом и началась бесконечная цепь воспоминаний, когда одно всплывшее звено жизни тянет за собой другое и так без конца. Аркаша, закончив кухонные дела, тоже пристроился рядом с подругами и слушал их рассказы так внимательно, как дети слушают страшные сказки. Видно, Лиза не очень-то баловала его разговорами. А тут выдалось такое услышать, что чистая и добрая Аркашина душа то и дело замирала от ужаса или сострадания, но когда Лиза с присущей ей невозмутимостью говорила о смешных эпизодах в их жизни, Аркаша смеялся детским звенящим смехом. Находясь под грозным оком, пресекающим его порывы что-то спросить или вставить свое замечание, Аркаша послушно молчал. Но когда Аня стала рассказывать историю о признании ей в любви барона Витцеля, Аркаша

не утерпел и, привскочив со стула, воскликнул: « Вас любил настоящий барон?!».

Лиза взглянула на Аркашу уничижительно и пробасила:

– У нас с Аней ненастоящих не было. И потом, запомни, Аркаша, что женятся не на баронах, а на мужчинах. Хорошо, если барон и хороший мужчина сходятся в одном лице. Как ты у меня.

Аркаша даже приоткрыл рот от столь неожиданного комплимента. А уши его заметно порозовели.

Аня осталась ночевать у Лизы, а утром следующего дня отправилась к Терентьевне. Та жила на

Категория библиотеки: