Глава 44

После завершения учебного года, с началом летних каникул, Аня задумалась над тем, что ей делать летом. Из писем детей следовало, что ни дочь, ни сын летом приехать не смогут. Нависала неутешительная перспектива остаться одной в комнате на все лето. Аня уже подумывала, не поехать ли во Льгов? И тут как раз пришло письмо от Лизы Гадицкой, в котором она сообщала совершенно невероятную новость. Катя Заволоцкая прислала ей из Москвы письмо, где пишет, что случайно отыскала Андрея Треплева. Он жив, здоров, стал крупным ученым. О нем поместили статью в «Известиях». Он ввел какие-то усовершенствования в изготовлении труб. Вот по этой статье в газете Катя его и нашла. Узнала от него, что он доктор технических наук, лауреат Ленинской премии. Говорит, что был в германском плену. Из плена попал в Белую армию. Потом перешел к красным; стал большим командиром, но в армии не остался, а поступил в Московский университет и занялся наукой. Затем Лиза сообщала московский адрес Кати и ее просьбу приехать к ней в Москву. Сама же Катя приехать в Ленинград не может, так как ухаживает за полуслепым сыном.

В одном кратеньком письме – и столько ошеломляющих известий!

– Андрей жив! – пронеслось в сознании Ани. – Не зря ей все время об этом подсказывало сердце. Вот почему она ни разу не поставила в церкви свечи «за упокой». Но если жив..., – Ане было страшно додумывать, почему он не отыскал ее. И она решила больше не возвращаться к этому, хотя острая боль страшной догадки на мгновение пронзила Но она заставила заглушить в себе эти мысли. – Жив! Ну, и слава Богу! Все-таки жив! А что же Петя Витцель? Почему он так уверенно утверждал, что Андрей погиб? Загадки, сплошные загадки! Однако все эти известия не решают вопроса: «Куда же деваться летом?» Ехать в Москву без получения письма от Кати, учитывая ее проблемы с сыном, было рискованно и неэтично.

Правда, был и другой вариант: провести лето со своей нынешней подругой Любовью Сергеевной, женщиной ее же возраста, учительницей из соседней школы. Вот уж, действительно судьба подарила Ане на старость лет истинный клад. Спокойная, выдержанная, всегда находящаяся в хорошем настроении, Любовь Сергеевна была кладезем всевозможных знаний и рассказчиком бесчисленных и драматических, и веселых историй, которые она либо от кого-то слышала, либо сама в них участвовала, либо просто выдумала. С ней вдвоем можно было не соскучиться даже в палатке на Арктической льдине. Но Любовь Сергеевна, словно угадав Анины мысли, сама решила вопрос с летним отдыхом. Залетев к Ане, как всегда неожиданно, она прямо с порога развернула ей картину настоящего и будущего:

– Что, Анна Евгеньевна, скучаете? Думаете о мрачной перспективе остаться одной на все лето? Нет, мой друг, не выйдет! Я уже все решила: едем в дом отдыха, в Сестрорецк. Я уже забронировала две путевки в профсоюзе работников просвещения. Не хотели давать, но я сослалась на тебя, как на заслуженную учительницу. Сказали, пускай сама приходит. Дадим. Собирайся, пошли.

Путевки были получены. До отъезда оставался один день. Аня, позавтракав, присела у любимого окна и, отвлекаясь от всяческих мыслей, смотрела на игру солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву уже давно поднявшейся выше окна липы, выросшей из посаженного ею когда-то небольшого деревца.

Категория библиотеки: