По опёнки М.Д.Ковалёв

Да, я променял поездку с писателями на блуждание по лесам.  Субботний день конца октября выдался сухим и тёплым, с прояснениями. И вместо того, чтобы ехать  с Борисом Агеевым, везшим из Курска московских писателей  выступать в Рыльск, я решил побродить по банищанскому  лесу   с дядей Сашей, нашим неутомимым дедушкой-путешественником.  Писатели высаживали меня из автомобиля с сетованиями, − сами бы отправились по грибы вместо выступлений!.. Пока дедушка ждал сына с базара, и выезжал из дому, я бодро зашагал  по асфальту к лесу. В тополёвой посадке сбочь дороги немало валежника, но опёнок я не заметил. А что это там за белые щупальцы на коре тополя?.. Подошёл.  Оказалось, − срезы вёшенок. Не дремлют землячки, уже и посадку обчистили!...  Раньше наши куряне знали два гриба – опёнок и печерицу…  Однажды на краю лесочка я наткнулся на кучу срезанных позеленевших рыжиков. Видно, кто-то выкинул эти деликатесные грибы (которые можно слегка присолив есть сырыми), испугавшись зелёного цвета. А теперь твёрдо знают и гребут и вёшенки, и синеножки!..   В утешение сорвал пару перезревших жёлтых яблок с дикой яблоньки, росшей среди посадки. Яблоки оказались сладкими. Вскоре, перекусывающего ими  на ходу, меня нагнал  дедушка на своей не новой но ухоженной вишнёвой «Ниве».   

Прошу дедушку остановиться у заветного местечка. (Я не указываю точно места, каждый грибник поймёт меня!)  Что это за большая светлая шляпка? Да это же  белый! Хоть старый, но пробую ножом, − шляпка вроде чистая. От такого зачина рождается азарт.   Однако, больше ничего. Дедушка нехотя вылазит из машины со своей объёмистой круглой корзиной.  Почему-то, сразу под его ногами замечаю  дружную семейку зеленушек, прячущихся под серыми палыми листьями. Дедушка такие грибы не признаёт. А зря. Белорусы их очень даже любят, и жарят и солят.  На лесистой гомельщине − родине моего  отца знают толк в грибах…  Пока режу зеленушек, дедушка наклоняется, и вытаскивает двумя пальцами за желтоватую искривлённую ножку изо мха грибок, спрашивая                      

     −  А  это што-о?

− Польский белый! Почти как белый.  − отвечаю я.

Вглядываюсь, а их тёмно-коричневые шляпки торчат из изумрудного мха то тут, то там.  И как это я их обошёл?   Дедушка ещё и белого нестарого у самой дороги срезал. Мы заметно повеселели. А унывать было отчего, из леса вздымая жёлтую воду дорожных луж одна за другой выезжали легковушки с грибниками.

Заехали на хутор к знакомому, то ли родственнику дедушки Витьку. Встретила нас его сестра Наташа, миловидная женщина лет за 50. Во дворе после дождей растворилась грязь, в которой на крыло падали утята. Из хаты вышел загадочно улыбающийся Витёк в тёмнозелёных офицерских галифе с  засохшими брызгами  грязи. Поговорили о текущих заботах. Они с Наташей дали нам подробную наводку по грибам. Было уже за полдень, и задерживаться мы не стали, а решили сначала «прозвонить» сосновые посадки.  Но в соснах молодых маслюков, как называла их моя гомельская бабушка Катя,  не оказалось, а старые  были сплошь  червивы.  И мы отправились за основным нашим осенним грибом – опёнком вглубь леса, на вырубки. Называю я их опёнками, а не опятами, как чаще говорят в последнее время, переняв это от отца. Он объяснил мне, что их название происходит от того, что эти грибочки растут у пней.  В «опятах» же этот смысл теряется…  Но

Категория библиотеки: