Сеятель доброго. К дню рождения Д. М. Ковалева

Sejatel-dobrogo-062011Дмитрия Михайловича по праву считают сеятелем доброго и светлого все, кто читал его замечательные стихи. Он родился не во Льгове, но горячо любил наши места и прожил на улице Пржевальского долгие годы после войны. Многие льговчане знают и любят его поэзию, считают поэта своим. Хочется вспомнить его стихи о Родине, чувство любви к которой у него беспредельно.

Я вижу издали родительскую
кровлю,
Гречихи пенятся.
И лен – как море синий.
Моя по убеждению, по крови,
Одна в тысячелетиях – Россия.

О Дмитрии Михайловиче можно говорить много хороших слов: как о прекрасном человеке,  порядочном семьянине, настоящем патриоте. Свою любовь к окружающему он переносит на бумагу.

По именам здесь знаю
все цветы я.
Вот белена – как в пене,
копит яд.
В туманных ореолах, как святые,
У стежки одуванчики стоят.
Вот незабудка в трепетности
блика –
Синеет бирюзинкою глазка.
Вблизи петлей-удавкой
повилика
Юлит на тонкой шее колоска.

Творчество Дмитрия Михайловича неразрывно связано с нашей льговской землей. Его жена Антонина Андреевна в своих воспоминаниях «Душа душу ищет» описывала его любовь к льговской природе. «1976 год. Зимой мы в деревне. Февраль очень холодный. Дима  – вялый, кое-что делает без желания, по обязанности. Приходила из города женщина, у которой убили мужа, просила написать жалобу в Верховный суд. Жалобу он написал, а помочь распутать дело и найти убийцу не мог. Мне тяжело видеть, как его одержимость во всяком деле тает на глазах.

Вечерами выходили в морозную синеву, ходили по нашим улицам, он на все смотрел пристально, как будто прощался с тем, что было так долго родным. И все виденное старался запечатлеть словом. Предчувствуя скорый уход, он писал в стихах: «Ну как мне этого лишаться, хоть не навечно, а на месяц?»

«В восемь утра пошли с Тоней в город. Иней и такой же белый, как снег, туман, только со стороны города чуть помутнее почему-то. Шли туда и обратно пешком. И такая насладительная, душевная радость идти пешком. Уже на подходе к городу, на переходе через Сейм по заснеженному льду, прорезалось солнце, тончайшие переливы его, на инее, в небе и на снег, чуть-чуть золотистые, а сам круг солнца белее снега кажется. Иней ссыпался уже пушистыми хлопьями, крупнее пороши, с ветвей, а ветви в таких узорах, разные деревья в разных: ракиты – в мохнато-ельчатых, сосны – в шапчатых, а кусты бурьяна – пушистые, пышные. И все-то вроде белое да серое, а какое-то мягчайшее, переливчатое, почти неуловимое, и тем еще более живописное многоцветие, не утомляющее глаз, а наоборот, освежающее, омолаживающее видение, делающее его вольно пристальным. Решили с Тоней написать сынам, да только как передать это чувство прекрасного им, эту неповторимую, вечную свежесть, естественность, поэзию и музыку зимней природы. И уже три дня это чудо природного естества задушевной красоты русской зимы окружает нас... Из-за одного этого обновления стоило сюда ехать. Пусть хоть пока и не пишется, но такое, раз увидев, нельзя уже забыть, нельзя быть прежним, нищим красотой. Мы шли по санной дороге и кругом ни души... Как Берендеево сказочное царство...»

В. Сидоренко,
заведующая музеем Н. Н. Асеева

Подробно о Д.М. Ковалеве в разделе “Люди” 

Произведения Д.М. Ковалева в нашей “Библиотеке”.

Голосов еще нет