Наглая лиса М.Д.Ковалёв

На Кирпичном задерживаться не стали, лишь взглянули на дачи Александра и Анатолича, стоящие рядом  на улице над Сеймом. Проехали через хутор Холм, где живёт Надежда, торгующая с подругой Татьяной из Кудинцева на льговском базаре молоком и творогом. Дальше  хутор Голый Пай, на картах почему-то носящий бодрое название «Красная Заря». Здесь кто-то держит скот, дороги растоптаны копытами. На кудинцевском лугу Александр решил попробовать все велосипеды, со всеми поменялся. Неожиданно обнаружил, что мой доперестроечный ветеран пензенского завода чуть ли не легче на ходу заграничных,  дорогих и навороченных. А сколько Анатолич убеждал меня пересесть с моего старого на пижонский современный.. . Но нет, не отрекусь от испытанного друга, на котором столько раз ездил на рыбалку на Свапу в скудные катастроечные времена. С которым так много связано воспоминаний,  с которым, можно сказать, сросся за долгие годы! Как, всё-таки, по разному оценивают люди прошлое.  Для Наины Ельциной годы катастройки-перестройки − «святое время», а по мне −  так подлое.  Самые тугие велосипеды оказались у Огуречика и Валентиныча, да и ехали они, что называется, на полусогнутых.  Огуречиков горный лучше наших оказался лишь по лесному бездорожью и по песку,  из-за широких покрышек. А Валентиныча подвела страсть к  экспериментам. Он на раму от сомнительного отечественного велосипеда установил заднее колесо  со втулкой, переключающей передачи, и переднее колесо с дисковым тормозом. Привинтил на раму седло для сынишки. Получился какой-то странный полукровок, с которого неловко слазить, и тяжело разгоняться.

В Сергеевке от нас откололся дедушка, срезая путь через железный мост лугом  на Льгов Второй. В Ширекино я попытался оторваться от подуставшей братии, но был настигнут Анатоличем и Александром. Отставший же Юрий схитрил, срезав метров 400 у железнодорожного переезда, и с гиком выскочив от развалин мясокомбината  обогнал  меня и Анатолича. Потом они препирались с Александром, кто же первый коснулся Огуречиковых ворот.  Однако, Огуречик нам потрафил, угостив холодным компотом и черешнями, когда мы сидели в беседке его двора. Хорошо посидели в благоустроенном дворе под черешней, у фонтана.  А все, кроме нас с Валентинычем, отказавшихся от холодного пива, ещё и баньку приняли, и восседали потягивая, завернувшись в простыни, как римские патриции.  Валентиныч  больше всех оброс за два дня похода, и был каким-то хмурым, смурным, Видно, не хотелось ему возвращаться к своему вяло идущему мебельному делу. Я поинтересовался  − Что за двухэтажный корпус возвели напротив?  Он ответил – Не знаю, что там будет. Но построили восточные люди, хозяева «Московской ярмарки» и других дешёвых магазинов… Затраты на постройку  корпуса Валентиныч оценил в 2 - 3 миллиона, а подошедший Анатолич с его опытом  перестройки разваливавшегося Дома пионеров −  аж в 20!

Предугадываю вопрос  некоторых читателей, − а как же в российском спорте с допингом? Скажу прямо − допинг был!  Но только у двух участников, и  то не каждый раз, да и совсем малюсенькими стопочками!  Угадает ли  читатель этих нарушителей спортивного режима?

Категория библиотеки: