НИЧТО НЕ ЗАБЫТО. Павел Раста. (О донбасской войне)

- это публичное место.

- Совершенно верно. Они часов шесть пытали его практически на глазах у всех. Там полгорода свидетелей было. А подойти боялись, потому, что знали - если подойдёшь, тебя просто убьют и всё. И ничего им не будет за это. Одна женщина в возрасте с полгода назад кому-то из "Азова" на улице замечание сделала, за то, что вёл себя по-скотски. А он ей просто в ногу выстрелил. В коленную чашечку. Врачи молодцы - несколько операций провели, тётке хоть ногу не отняли. А так - она теперь инвалид до конца дней своих. Это просто за замечание, услышь. Вот что они с нашими людьми делают. И близкого моего они убивали, ничего не стесняясь. Ему бабушка на телефон звонила, чтоб узнать, где он, а они ей отвечали, подробно рассказывали, как они его разматывают. Ну, а потом он просто умер. Что тут ещё скажешь?

- Дальше что было?

- Дальше их, вроде как, милиция приняла. Местная. Они "Азов" боятся, но это было уже за гранью. Тем более, что там, реально, свидетелей море. Они, по ходу, несколько часов решиться не могли. Пока решались - парень умер.

- До такой степени боятся?

- А ты как думал? Они ж полицаи, а бандеровцы - их хозяева, по факту. А "Азов" не только один Мариуполь кошмарит. Его, какое-то время назад, из города выводили и размещали в окрестных сёлах, так они заходили в дома и просто говорили людям: "У вас три минуты, чтоб свалить, берёте вы с собой только то, что схватить успеете, время пошло". И выгоняли людей в поле. А это была зима. Те, кто до Донецка добрались - нам всё это рассказывали. Так они просто счастливы были, что их не убили и ничего не отрезали. Обычно всё происходит не совсем так.

- Что было в полиции?

- Ничего не было. Сразу же приехал "белый вождь" Билецкий. Он даже заместителя министра внутренних дел Авакова с собой притащил. Менты сначала отпускать не хотели, а Билецкий им сказал, что сейчас прикажет "Азову" захватить их участок и порезать всех, как свиней. И они этих гадов отпустили. Те меньше суток просидели и пошли дальше гулять. Мало кого это удивило, на самом деле. Ты пойми: то, что с моим родственником случилось - это эпизод, всего лишь. Что-то такое там происходит через день - каждый день. Все в ужасе. Все запуганы. И все Украину эту поганую ненавидят лютой ненавистью. Но говорить это боятся. Потому, что за каждое слово и за любой "не такой" взгляд они с человеком что угодно сделать могут. И делают. А иногда и вообще без повода. Знаешь... Оккупанты они. И нас они оккупируют. Потому, что со своим народом так не поступают. Таких вещей со своими не делают. А значит они сами нас "своими" не считают. И изначально сюда пришли именно для того, чтобы такое вытворять. Тут других причин быть не может. Так что не "гражданская" это война ни разу. Они хотят, чтобы нас на этой земле не было. Или, чтобы нас вообще не было. А если так, то, реально, что их сдерживать может?
Я с людьми из своего города регулярно общаюсь. Знаешь, что они мне говорят? "Когда вы будете нас освобождать - не заходите в город сразу после того, как укропы смоются. Постойте рядом денёк. Покурите. И посмотрите в другую сторону. А мы здесь сами разберёмся. Мы тут точно знаем - кого, за что и как".

***

Вот такие свидетельства у города теней.

Я не хочу комментировать то, что было сказано. Я сказал - вы услышали. Это всё.

Хочу лишь сказать пару слов тем, кто, сидя в тылу, пытается ставить в вину населению оккупированных территорий то, что они не поднимают восстание.

Во-первых, восставать, равно как и вести эффективную партизанскую войну, без поддержки извне весьма проблематично. А вопросы на эту тему не ко мне. Если вы, конечно, действительно хотите их задать. Мой низкий поклон тем, кто даже в этой ситуации продолжает борьбу в подполье.

Во-вторых, это само по себе редкое паскудство - упрекать хотя бы в чём-то людей, оказавшихся под свирепой оккупацией, самому находясь в тылу. На их месте вы, ребята, обделались бы раньше всех. И, скорее всего, побежали бы сотрудничать с оккупантами.

Так что просто закройте свои пасти.

Ну, а гражданам украм и их российским друзьям хочу сказать только одно: не радуйтесь тому, что люди, рассказывающие о ваших преступлениях, вынуждены скрывать свою личность. Когда вас будут карать - будут вам показания по всей форме. И не обольщайтесь - в такой ситуации говорят даже мёртвые. И на суде над вами будут звучать и их голоса тоже. Если, конечно, вам позволят дожить до суда. Вот только на меня в этом смысле не рассчитывайте. Говорю откровенно и от всей души своей: я желаю вам смерти. Всем. Исключений нет.